Заглавная страница

АЛЬМАНАХ № 2 2005 г.

А. ЧЕБОТАРЕВ

Знаки и эмблемы в российской печатной рекламе XVIII века (экслибрисы и середники)

Важным средством рекламы книги в XVIII веке становится экслибрис. Неразрывно связанный с книгой, будучи ее деталью, книжный знак (экслибрис) появился в России и получил распространение в первой четверти XVIII века, несомненно, под влиянием западноевропейской культуры, столь значимой в эпоху Петра I. Широко распространенный к XVIII веку, западноевропейский экслибрис охотно принимается в России и постепенно находит здесь распространение. Нужно отметить, что в России еще до петровских преобразований с конца 15 века существовала определенная традиция русского рукописного экслибриса. Древнейшим русским экслибрисом считают знак основателя библиотеки Соловецкого монастыря Досифея (около 1490 года). Это рукописный шрифтовой книжный знак, состоящий из буквы «С», в которую вписаны остальные буквы звания («священноинок») и имени владельца книги.

Древнейший русский экслибрис — знак основателя библиотеки Соловецкого монастыря Досифея (около 1490 года)
Экслибрис Я.В. Брюса
Первая печать библиотеки Академии Наук
Середник с изображением единорога

Экслибрис (от лат. еx libris — из книг) — книжный знак, бумажный ярлык, наклеиваемый владельцами библиотек на книгу, преимущественно на внутреннюю сторону переплета. Обычно на нем обозначены имя и фамилия владельца и рисунок, лаконично и образно говорящий о его профессии, интересах или составе библиотеки. Экслибрис является своего рода товарным знаком той или иной библиотеки и, соответственно, выполняет те же функции.

Во второй половине XVIII века наряду с экслибрисом появляется суперэкслибрис (от лат. super — сверху и экслибрис) — знак, оттиснутый на переплете или на корешке книги для обозначения ее владельца. До середины XIX века суперэкслибрисы были преимущественно гербовыми (родовые гербы владельцев библиотек), иногда гравированными и с рисунками. Многие библиотеки в XVIII веке имели владельческие знаки, которые помещались на внутренней крышке переплета или форзаце всех или большинства книг данного собрания. Три просвещенных деятеля Петровского времени — Д. М. Голицин, Я. В. Брюс, Р. Арескин — владели прекрасными книжными коллекциями. На книгах их библиотек помещались старейшие гравированные знаки. Экслибрисы, неся на себе, в известной степени, отпечаток вкуса, стиля, техники и духа времени, как зеркало, отражают в уменьшенном виде также и художественные устремления соответствующей эпохи искусства.

Поскольку книжный знак — знак собственности на книгу — прежде всего, утверждает владельца, он передает творческий замысел художника, сообразуясь с личностью заказчика, его деятельностью, интересами, особенностями собрания. Тем самым невольно раскрываются новые дополнительные сведения о культуре той или иной эпохи. Кроме экслибрисов символику книги несли на себе и другие обозначения, которые в дальнейшем при букинистической торговле служили определенным рекламным средством. Так на титульных листах книг Брюса и Арескина, которые поступили в библиотеку Академии Наук после их смерти, ставился маленький штамп с изображением герба России. Это — первая печать библиотеки Академии Наук.

Позднее появились издательские знаки типографий и отдельных издателей. Особые знаки имели типографии Московского университета и просветитель XVIII века Н.И. Новиков.

Без сомнения, хорошо оформленная книга привлекала внимание богатых покупателей. Опытные зарубежные фирмы и местные переплетчики создавали поистине произведения искусства, облекая книгу в кожу с золотым тиснением. В России оформление книги имело свою историю. Особую роль играли орнаментальные украшения в центре переплетной крышки. Оттиск получался путем тиснения металлическим штемпелем, который назывался средником. В настоящее время средником называется и сам оттиск. Традиция изготовления сюжетных средников была широко распространена уже в XVIII веке в переплетной мастерской Московского печатного двора. Сюжеты средников находились в тесной связи с литературой и искусством своего времени. В одних случаях их создание восходит к оригинальным древнерусским или переводным произведениям, в других канву сюжета составляла фольклорная основа, в-третьих, сюжеты средников были навеяны библейской тематикой. Их безымянные авторы широко заимствовали многовековую систему символов. Особой популярностью пользовался зооморфный орнамент.

Известны средники «пеликан с птенцами», «единорог», «лев», «орел», «лев и орел», «орел и змей», «дерево перидексий и сидящие на нем голуби», и др. Даже на традиционном среднике Троице-Сергиевой лавры, который употреблялся также и типографскими мастерами, встречаются изображения зайцев. Многие средники представлены несколькими вариантами, которые иногда в значительной степени отличаются друг от друга. Сюжетные средники проникнуты глубокой символикой. Пеликан, окропляющий своей кровью птенцов и спасающий их от смерти, обозначает Христа, избавившего человечество на Голгофе от первородного греха. Средник, изображающий борьбу в воздухе над Царьградом орла со змеем, символизирует победу христианства над мусульманством и освобождение Константинополя от власти неверных. Дерево перидексий является аллегорической иллюстрацией к евангельской притче о горчичном зерне. Эти символы были широко распространены в средневековом изобразительном искусстве. Они истолковывались в различных литературных и фольклорных произведениях: «Сказание о птице неясыти» Максима Грека, «Физиологах», «Повести о взятии Царьграда турками в 1453 г.», духовном стихе о Голубиной книге и др. Появившийся во второй половине XVI века «единорог» подчеркивал общегосударственное значение деятельности типографии. В качестве официальной эмблемы единорог как символ Христа встречался еще при Иване III.

Он находился на государственной и личной печати Ивана IV, при поддержке которого был основан Печатный двор. С конца XVI века известен средник «бой льва с единорогом под короной» (Октоих, ч.1 и 2. М., 31.1.1594).

Эта эмблема являлась гербом «государева Печатного двора» и находилась на воротах типографии. Впоследствии изображения льва и единорога стало символом книжного дела и просвещения в России. Большинство средников следует квалифицировать как художественную эмблему.

Специфика средника — эмблемы заключалась в том, что помимо присущего ему религиозно-философского и дидактического значения, он в то же время являлся своеобразным «фирменным знаком» и служил часто практическим целям, помогая покупателям распознавать продукцию различных переплетных мастерских.

Оригинальная система орнаментальных украшений переплетов, созданная переплетчиками Печатного двора, явилась своеобразным эталоном книжного дела. Она получила широкое распространение по всей территории России и в дальнейшем вызвала многочисленные подражания при ручном переплетении книг.

 

наверх